V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ

V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ

С этих пор я весь был поглощен моим новым знакомством. Вечерком, ложась

в кровать, и с утра, вставая, я только и задумывался о дальнейшем визите на гору.

По улицам городка я шатался сейчас с исключительною целью - выглядеть, здесь

ли находится вся компания, которую Януш охарактеризовывал словами "дурное

общество"; и если Лавровский валялся в луже, если V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ Туркевич и Тыбурций

разглагольствовали перед своими слушателями, а черные личности шныряли по

рынку, я тотчас же бегом отчаливал через болото, на гору, к часовне,

за ранее наполнив кармашки яблоками, которые я мог рвать в саду без

запрета, и лакомствами, которые я берег всегда для собственных новых друзей.

Валек, вообщем очень V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ приличный и внушавший мне почтение своими манерами

взрослого человека, воспринимал эти приношения просто и по большей части

откладывал куда-нибудь, приберегая для сестры, но Маруся каждый раз

всплескивала ручонками, и глаза ее зажигались огоньком экстаза; бледное

лицо девченки вспыхивало румянцем, она смеялась, и этот хохот нашей малеханькой

приятельницы отдавался в наших сердцах, вознаграждая за V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ конфеты, которые мы

жертвовали в ее пользу.

Это было бледное, крохотное создание, напоминавшее цветок, выросший без

лучей солнца. Невзирая на свои четыре года, она прогуливалась еще плохо, неуверенно

ступая кривыми ножками и шатаясь, как былинка; руки ее были тонки и

прозрачны; головка покачивалась на узкой шейке, как головка полевого

колокольчика; глаза смотрели иногда так не по V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ-детски обидно, и ухмылка так

напоминала мне мою мама в последние деньки, когда она, бывало, посиживала против

открытого окна и ветер шевелил ее белокурые волосы, что мне становилось

самому обидно, и слезы подходили к очам.

Я невольно ассоциировал ее с моей сестрой; они были В одном возрасте, но

моя Соня была V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ кругла, как пышка, и упруга, как мячик. Она так быстро бегала,

когда, бывало, разыграется, так звонко смеялась, на ней всегда были такие

прекрасные платьица, и в черные косы ей каждый денек горничная вплетала красную

ленту.

А моя малая приятельница практически никогда не бегала и смеялась очень

изредка; когда же смеялась, то Хохот ее звучал V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ, как самый небольшой серебряный

колокольчик, которого на 10 шагов уже не слышно. Платьице ее было грязно и

старо, в косе не было лент, но волосы у нее были еще больше и шикарнее,

чем у Сони, и Валек, к моему удивлению, очень умело умел заплетать их, что

и исполнял каждое утро.

Я был большой V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ сорванец. "У этого малого,- гласили обо мне старшие,-

руки и ноги налиты ртутью", чему я и сам веровал, хотя не представлял для себя

ясно, кто и каким образом произвел нужно мной эту операцию. В 1-ые же деньки я

занес свое оживление и в общество моих новых знакомых. Чуть V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ ли эхо старенькой

"каплицы" {Прим. стр. 39} повторяло когда-нибудь такие звучные клики, как в

это время, когда я старался расшевелить и заманить в свои игры Валека и

Марусю. Но это удавалось плохо. Валек серьезно смотрел на меня и на

девченку, и раз, когда я принудил ее бегать со мной взапуски, он произнес:

- Нет, она V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ на данный момент зарыдает.

Вправду, когда я растормошил ее и принудил бежать, Маруся,

заслышав мои шаги за собой, вдруг оборотилась ко мне, подняв ручонки над

головой, точно для защиты, поглядела на меня немощным взором

захлопнутой пташки и звучно зарыдала. Я совершенно растерялся.

- Вот, видишь,- произнес Валек,- она не любит играть.

Он усадил ее V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ на травку, нарвал цветов и кинул ей; она не стала рыдать

и тихо перебирала растения, что-то гласила, обращаясь к золотистым лютикам,

и подносила к губам голубые колокольчики. Я тоже присмирел и лег рядом с

Валеком около девченки.

- Отчего она такая? - спросил я, в конце концов, указывая очами на Марусю V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ.

- Унылая? - переспросил Валек и потом произнес тоном совсем

убежденного человека:-А это, видишь ли, от сероватого камня.

- Да-а,-повторила девченка, точно слабенькое эхо,-это от сероватого камня.

- От какого сероватого камня? - переспросил я, не понимая.

- Сероватый камень высосал из нее жизнь,- объяснил Валек, попрежнему глядя

на небо.- Так гласит V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ Тыбурций... Тыбурций отлично знает.

- Да-а,- снова повторила тихим эхо девченка,- Тыбурций все знает.

Я ничего не осознавал в этих таинственных словах, которые Валек повторял за

Тыбурцием, но аргумент, что Тыбурций все знает, произвел и на меня свое

действие. Я приподнялся на локте и посмотрел на Марусю. Она посиживала в том же

положении, в V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ каком усадил ее Валек, и все так же перебирала цветочки; движения

ее тонких рук были неспешны; глаза выделялись глубокою синевой на бледноватом

лице; длинноватые реснички были опущены. При взоре на эту крошечную печальную

фигурку мне стало ясно, что в словах Тыбурция,- хотя я и не осознавал их

значения,заключается горьковатая правда. Непременно, кто V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ-то высасывает жизнь из

этой необычной девченки, которая рыдает тогда, когда другие на ее месте

смеются. Но как в состоянии сделать это сероватый камень?

Это было для меня загадкой, страшнее всех призраков старенького замка. Как

ни ужасны были турки, томившиеся под землею, как ни грозен старенькый граф,

усмирявший их V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ в бурные ночи, но они все откликались старою сказкой. А тут

что-то неведомо-страшное было налицо. Что-то непонятное, неумолимое,

жесткое и ожесточенное, как камень, склонялось над маленькою головкой, высасывая

из нее румянец, сияние глаз и живость движений. "Должно быть, это бывает по

ночам",-думал я, и чувство щемящего до боли V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ сожаления сжимало мне сердечко.

Под воздействием этого чувства я тоже умерил свою резвость. Применяясь к

тихой солидности нашей дамы, оба мы с Валеком, усадив ее где-нибудь на

травке, собирали для нее цветочки, разноцветные камни, ловили бабочек, время от времени

делали из кирпичей ловушки для воробьев. Время от времени же, растянувшись около нее

на травке, смотрели V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ в небо, как плывут облака высоко над лохматою крышей

старенькой "каплицы", ведали Марусе сказки либо дискутировали вместе.

Эти беседы с каждым деньком больше закрепляли нашу дружбу с Валеком,

которая росла, невзирая на резкую противоположность наших нравов. Моей

порывистой резвости он противопоставлял печальную солидность и внушал мне

уважение своею авторитетностью и независящим тоном V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ, с каким откликался о

старших. Не считая того, он нередко докладывал мне много нового, о чем я ранее и не

задумывался. Слыша, как он отзывается о Тыбурций, точно о товарище, я спросил:

- Тыбурций для тебя отец?

- Должно быть, отец,- ответил он вдумчиво, будто бы этот вопрос не

приходил ему в V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ голову.

- Он тебя любит?

- Да, любит,- произнес он уже еще более уверенно.- Он повсевременно обо мне

хлопочет и, знаешь, время от времени он целует меня и рыдает...

- И меня любит и тоже рыдает,- прибавила Маруся с выражением детской

гордости.

- А меня отец не любит,- произнес я обидно.- Он никогда не V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ целовал

меня... Он плохой.

- Неправда, неправда,- сделал возражение Валек,- ты не понимаешь. Тыбурций лучше

знает. Он гласит, что арбитр - самый наилучший человек в городке, и что городку

издавна бы уже нужно провалиться, если б не твой отец, да еще поп, которого

не так давно посадили в монастырь, да еврейский раввин. Вот из-за их троих...

- Что V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ из-за их?

- Город из-за их еще не провалился,-так гласит Тыбурций,- так как

они еще за бедных людей заступаются... А твой отец, знаешь... он засудил

даже 1-го графа...

- Да, это правда... Граф очень сердился, я слышал.

- Ну, вот видишь! А ведь графа засудить не шуточка.

- Почему?

- Почему? - переспросил V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ Валек, несколько озадаченный...- Так как

граф - не обычной человек... Граф делает, что желает, и ездит в карете, и

позже... у графа средства; он отдал бы другому арбитре средств, и тот бы его не

засудил, а засудил бы бедного.

- Да, это правда. Я слышал, как граф орал у нас в квартире V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ: "Я вас

всех могу приобрести и реализовать!"

- А арбитр что?

- А отец гласит ему: "Подите от меня вон!"

- Ну вот, вот! И Тыбурций гласит, что он не побоится изгнать

обеспеченного, а когда к нему пришла древняя

Иваниха с костылем, он повелел принести ей стул. Вот он какой! Даже и

Туркевич не делал никогда под его окнами V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ скандалов.

Это была правда: Туркевич во время собственных обличительных экскурсий всегда

молчком проходил мимо наших окон, время от времени даже снимая шапку.

Все это принудило меня глубоко задуматься. Валек указал мне моего отца

с таковой стороны, с какой мне никогда не приходило в голову посмотреть на

него: слова Валека Задели в V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ моем сердечко струну сыновней гордости; мне было

Приятно слушать похвалы моему папе, да еще от имени Тыбурция, который "все

знает"; но, вкупе с тем, дрогнула в моем сердечко и нотка щемящей любви,

смешанной с горьковатым сознанием: никогда этот человек не обожал и не полюбит

меня так, как Тыбурций любит собственных деток.

VI V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ Посреди "Сероватых Камешков"

Прошло еще некоторое количество дней. Члены "дурного общества" закончили являться

в город, и я зря шатался, скучая, по улицам, ждя их возникновения, чтоб

бежать на гору. Один только "доктор" прошел раза два своею сонною

походкой, но ни Туркевича, ни Тыбурция не было видно. Я совершенно заскучал,

потому что не V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ созидать Валека и Марусю стало уже для меня огромным лишением. Но

вот, когда я в один прекрасный момент шел о опущенною головою по пыльной улице, Валек вдруг

положил мне на плечо руку.

- Отчего ты не стал к нам ходить? - спросил он.

- Я страшился... Ваших не видно в городке.

- А V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ-а... Я и не додумался сказать для тебя: наших нет, приходи... А я было

задумывался совершенно другое.

- А что?

- Я задумывался, для тебя наскучило.

- Нет, нет... Я, брат, на данный момент побегу,-заторопился я,-даже и яблоки со

мной.

При упоминании о яблоках Валек стремительно оборотился ко мне, будто бы

желал что V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ-то сказать, но не произнес ничего, а только поглядел на меня

странноватым взором.

- Ничего, ничего,- отмахнулся он, видя, что я смотрю на него с

ожиданием.Ступай прямо на гору, а я здесь зайду кое-куда,- дело есть. Я тебя

догоню на дороге.

Я пошел тихо и нередко оглядывался, ждя, что Валек меня V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ догонит;

но я успел взойти на гору и подошел к часовне, а его все не было. Я

тормознул в недоумении: передо мной было только кладбище, пустынное и

тихое, без мельчайших признаков обитаемости, только воробьи чирикали на

свободе да густые кустики черемухи, жимолости и сирени, прижимаясь к южной

стенке часов-ни, о кое-чем V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ тихо шептались густо разросшеюся черной листвой.

Я обернулся кругом. Куда же мне сейчас идти? Разумеется, нужно дождаться

Валека. А пока я стал ходить меж могилами, присматриваясь к ним от нечего

делать и стараясь разобрать стертые надписи на обросших мхом надгробных

камнях. Шатаясь таким макаром от могилы к могиле, я натолкнулся на

полуразрушенный просторный V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ склеп. Крыша его была сброшена либо сорвана

непогодицой и валялась здесь же. Дверь была заколочена. Из любопытства я

приставил к стенке старенькый крест и, взобравшись по нему, заглянул вовнутрь.

Гробница была пуста, исключительно в середине пола была вделана оконная рама со

стеклами, и через эти стекла сияла черная пустота подземелья.

Пока я рассматривал гробницу V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ, удивляясь необычному предназначению окна, на

гору забежал запыхавшийся и усталый Валек. В руках у него была большая

еврейская булка, за пазухой что-то оттопырилось, по лицу стекали капли пота.

- Ага!-крикнул он, заметив меня.-Ты вот где. Если б Тыбурций тебя

тут увидел, то-то бы рассердился! Ну, да сейчас уж V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ делать нечего... Я

знаю, ты хлопец неплохой и никому не расскажешь, как мы живем. Пойдем к нам!

- Где же это, далековато? - спросил я.

- А вот узреешь. Ступай за мной.

Он раздвинул кустики жимолости и сирени и скрылся в зелени под стенкой

часовни; я последовал туда за ним и очутился на маленький V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ плотно утоптанной

площадке, которая совсем пряталась в зелени. Меж стволами черемухи я

увидел в земле достаточно огромное отверстие с земельными ступенями, ведущими

вниз. Валек спустился туда, приглашая меня за собой, и через несколько

секунд мы оба очутились в мгле, под зеленью. Взяв мою руку,

Валек повел меня по какому-то узенькому сырому V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ коридору, и, круто повернув

на право, мы вдруг вошли в просторное подземелье.

Я тормознул у входа, пораженный неслыханным зрелищем. Две струи света

резко лились сверху, выделяясь полосами на черном фоне подземелья; свет этот

проходил в два окна, одно из которых я лицезрел в полу склепа, дру-гое,

подальше, разумеется, было пристроено таким V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ же образом; лучи солнца проникали

сюда не прямо, а до этого отражались от стенок старенькых гробниц; они расплескивались в

сыром воздухе подземелья, падали на каменные плиты пола, отражались и

заполняли все подземелье мерклыми отблесками; стенки тоже было сложены из

камня; огромные широкие колонны массивно вздымались снизу и, раскинув во все

стороны свои каменные дуги V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ, прочно смыкались наверх сводчатым потолком. На

полу, в освещенных местах, посиживали две фигуры. Старенькый "доктор",

склонив голову и что-то бормоча про себя, колупал иголкой в собственных лохмотьях.

Он не поднял даже головы, когда мы вошли в подземелье, и если б не легкие

движения руки, то эту сероватую фигуру можно было бы принять за V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ умопомрачительное

каменное изваяние.

Под другим окном посиживала с кучкой цветов, перебирая их, по собственному

обыкновению, Маруся. Струя света падала на ее белокурую головку, заливала ее

всю, но, невзирая на это, она как-то слабо выделялась на фоне сероватого камня

странноватым и небольшим туманным пятнышком, которое, казалось, вот-вот

расплывется и пропадет V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ. Когда там, вверху, над землей, пробегали облака,

затеняя солнечный свет, стенки подземелья утопали совершенно в мгле, будто бы

раздвигались, уходили куда-то, а позже снова выступали жесткими, прохладными

камнями, смыкаясь крепкими объятиями над крохотною фигурой девченки. Я

поневоле вспомнил слова Валека о "сероватом камне", высасывавшем из Маруси ее

веселье, и чувство суеверного ужаса влезло в мое V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ сердечко; мне казалось,

что я ощущаю на ней и на для себя невидимый каменный взор, пристальный и

скупой. Мне казалось, что это подземелье чутко сторожит свою жертву.

- Валек! -тихо обрадовалась Маруся, лицезрев брата.

Когда же она увидела меня, в ее очах блеснула жива искорка.

Я дал ей яблоки, а V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ Валек, разломив булку, часть подал ей, а другую

снес "доктору". Злосчастный ученый флегмантично взял это приношение и начал

жевать, не отрываясь от собственного занятия. Я переминался и съеживался, чувствуя

себя будто бы связанным под гнетущими взорами сероватого камня.

- Уйдем... уйдем отсюда,- дернул я Валека.- Уведи ее...

- Пойдем, Маруся, наверх,- позвал Валек V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ сестру. И мы втроем поднялись

из подземелья, да и тут, наверху, меня не оставляло чувство некий

напряженной неловкости. Валек был грустнее и молчаливее обычного.

- Ты в городке остался потом, чтоб приобрести булок? - спросил я у него.

- Приобрести? - усмехнулся Валек,- Откуда же у меня средства?

- Потому что же? Ты выпросил?

- Да, выпросишь V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ!.. Кто же мне даст?.. Нет, брат, я стянул их с лотка

еврейки Суры на рынке! Она не увидела.

Он произнес это обычным тоном, лежа врастяжку с заложенными под

голову руками. Я приподнялся на локте и поглядел на него.

- Ты, означает, украл?..

- Ну да!

Я снова откинулся на травку, и с минутку V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ мы пролежали молчком.

- Красть нехорошо,- проговорил я потом в печальном раздумьи.

- Наши все ушли... Маруся рыдала, так как она была голодна.

- Да, голодна! - с жалобным простодушием повторила девченка.

Я не знал еще, что такое голод, но при последних словах девченки у меня

что-то оборотилось в груди, и я поглядел на собственных V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ друзей, точно увидал их

в первый раз. Валек попрежнему лежал на травке и вдумчиво смотрел за парившим в

небе ястребом. Сейчас он не казался уже мне таким знатным, а при

взоре на Марусю, державшую обеими руками кусочек булки, у меня заныло

сердечко.

- Почему же,- спросил я с усилием,- почему ты V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ не произнес об этом мне?

- Я и желал сказать, а позже раздумал; ведь у тебя собственных средств нет.

- Ну так что все-таки? Я взял бы булок из дому.

- Как, потихоньку?..

- Д-да.

- Означает, и ты бы тоже украл.

- Я... у собственного отца.

- Это еще ужаснее! - с уверенностью произнес Валек V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ.- Я никогда не ворую у

собственного отца.

- Ну, так я попросил бы... Мне бы дали.

- Ну, может быть, и дали бы один раз,- где же запастись на всех нищих?

- А вы разве... нищие? - спросил я упавшим голосом.

- Нищие! - угрюмо отрезал Валек.

Я замолчал и через пару минут стал прощаться.

- Ты уж V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ уходишь? - спросил Валек.

- Да, ухожу.

Я уходил поэтому, что не мог уже в сей день играть с моими друзьями

попрежнему, безмятежно. Незапятнанная детская привязанность моя как-то

замутилась... Хотя любовь моя к Валеку и Марусе не стала слабее, но к ней

приме-шалась острая струя сожаления, доходившая до сердечной боли V. ЗНАКОМСТВО ПРОДОЛЖАЕТСЯ. Дома я

рано лег в кровать, так как не знал, куда уложить новое болезненное

чувство, переполнявшее душу. Уткнувшись в подушку, я горько рыдал, пока

крепкий сон не прогнал своим веянием моего глубочайшего горя.


v1-kosti-kisti-ih-soedineniya-osobennosti-stroeniya-kisti-cheloveka-tazovaya-kost-taz-v-celom-rentgenoanatomiya-i-razvitie-skeleta-verhnej-konechnosti-i-taza.html
v1-metodologiya-nauchnogo-issledovaniya.html
v1-obshaya-psihopatologiya.html